Пока премьер-министр Канады Марк Карни (Mark Carney) строит новую экономику, устойчивую к давлению США, он неожиданно столкнулся с сопротивлением тех, кто, казалось бы, хочет того же самого — организованного труда. Камень преткновения — право работников на забастовку.
Контекст: почему Карни взялся за реформы
С начала второго срока Дональда Трампа Вашингтон ввёл жёсткие тарифы на канадские товары и подорвал прежние торговые соглашения. Это болезненно: около 80 % канадского экспорта традиционно направляется в США.
В ответ Канада ввела зеркальные пошлины, запустила движение «Покупай канадское», а хоккейный лозунг «локти вверх» стал национальным боевым кличем. После срыва торговых переговоров этим летом Карни представил пакет срочных мер.
Законопроект C-39: скорость для инвесторов, тревога для рабочих
В сентябре 2026 года был предложен законопроект C-39 (Building Canada Strong Act), обещающий инвесторам «скорость, определённость и предсказуемость» при согласовании крупных проектов. Однако документ чётко прописывает механизм вмешательства правительства в законные забастовки и локауты на предприятиях под федеральным регулированием.
Что именно меняет C-39
Законопроект вводит новые этапы перед тем, как правительство сможет обратиться к Статье 107. Сначала необходимо назначить специального медиатора, дождаться его публичного отчёта и оценить, наносит ли рабочая остановка ущерб «национальным интересам». Если эти условия выполнены, министр труда может поручить Канадской комиссии по трудовым отношениям восстановить работу предприятия и ввести обязывающий процесс, например арбитраж.
Реакция профсоюзов
Канадский союз общественных служащих (CUPE) с 800 000 членов проголосовал за то, чтобы игнорировать ограничения на право забастовки, если C-39 будет принят без поправок. Президент CUPE Марк Хэнкок отметил, что члены союза поддерживают «Команду Канады», но задалися вопросом: «Но какой ценой?»
Teamsters Canada обвинили железнодорожные компании CN и CPKC в том, что они рассчитывали на быстрое вмешательство правительства во время локаута тысяч работников в 2024 году. Директор по связям с общественностью Кристофер Монетти отметил, что «компании привыкли: если возникает трудовой спор, достаточно ждать вмешательства правительства».
Широкий контекст и протесты
Новая демократическая партия и её лидер Ави Льюис обвинили Карни в использовании «страха и дезориентации вокруг торговой войны», чтобы протолкнуть непопулярные меры, на которые у правительства нет мандата.
В начале сентября во время первого национального инвестиционного саммита в Торонто сотни протестующих под флагом «Многие против денег» («The Many vs The Money») прошли маршем через центр города. В акции участвовали представители профсоюзов, коренных народов, экологических и мигрантских движений; они критиковали проекты в сфере ископаемого топлива, военные программы и использование государственных средств для привлечения частных инвестиций.
Мнения экспертов
Джим Стэнфорд из Центра будущей работы в Ванкувере считает, что забастовки редко оказывают заметное и долговременное влияние на ВВП или инвестиции: простои зачастую компенсируются после их окончания, а статистических подтверждений оттока инвестиций нет.
Он также предупреждает, что ослабление права на забастовку лишит работников переговорного рычага для повышения зарплат, что может снизить потребительский спрос и затруднить удержание кадров.
Председатель Канадского конгресса труда Беа Брузки подчеркнула, что профсоюзы остаются частью «Команды Канады», но нельзя «держать локти поднятыми против Трампа, имея завязанные руки за столом переговоров».
Профессор Лэрри Сэвидж из Университета Брока отметил, что риторика «национального интереса» рискует превратить права работников в «национальную обузу», требуя от них жертвовать своими защитными механизмами ради конкурентоспособности.
Таким образом, реформы Карни ставят перед канадским обществом ключевой вопрос: как сбалансировать приток инвестиций и защиту национальных интересов с правом трудящихся эффективно отстаивать свои условия?
